15.04.10

Об уникальном проекте «Политический атлас современности»

В издательстве «Московские учебники и Картолитография» вышел первый том Энциклопедического справочника «Политические системы современных государств». Это издание является неотъемлемой частью проекта «Политический атлас современности», который МГИМО-Университет с 2005 г. осуществляет по инициативе и при содействии Института общественного проектирования (ИнОП) и информационной поддержке журнала «Эксперт». Проект является уникальным и беспрецедентным не только для МГИМО-Университета, но и для всей отечественной гуманитарной науки.

О достижениях и планах разработчиков «Политического атласа современности» мы побеседовали с заместителем руководителя проекта, доцентом кафедры сравнительной политологии к.полит.н. Михаилом Миронюком и редактором Энциклопедического справочника «Политические системы современных государств» Никитой Асташиным.

— Пока потенциальные читатели еще не смогли лично ознакомиться с изданием, логичнее всего начать разговор с рассказа о том, чем оно отличается от других энциклопедий и справочников, посвященных странам и регионам мира.

Миронюк: Энциклопедический справочник «Политические системы современных государств» — это часть большого проекта «Политический атлас современности». Проект начинался в 2005 г. с построения пяти композитных индексов и расчета на их основе соответствующих рейтингов всех стран мира для того, чтобы осуществить их многомерную классификацию. Подробнее с результатами первого этапа реализации проекта Вы можете ознакомиться на сайте worldpolities.org.

Компоненты индексов, какими бы многочисленными они ни были, фиксируют некоторые, к сожалению, далеко не все, ключевые параметры функционирования государств. Они являются результатом развития конкретных стран, указывая на то, что получилось, а не на то, как оно получилось.

Справочник как раз и позволяет ответить на вопрос «как», ввести читателя в контекст — исторический, экономический, социальный, политический, международный. В страновых статьях мы стремились сочетать традиционно энциклопедические и аналитические материалы и подходы, выявить основные движущие силы, а также рамки и ограничители политического процесса. Поэтому здесь исторический очерк политических традиций дополняется, например, оценкой внешних влияний на формирование и функционирование политических институтов и характеристикой угроз, с которыми сталкивается страна (часть из них определяется аналитически).

Наверное, лучше всего показать разницу между Справочником и другими представленными на отечественном рынке страноведческими изданиями, которые обычно дают универсальный обзор государств, можно с помощью такого сравнения.

Крупные и авторитетные словари любого языка работают с одним и тем же корпусом слов, но если орфографический и орфоэпический словари призваны правильно зафиксировать и кодифицировать слово как самоценную единицу информации, то толковый, этимологический, частотный и другие специализированные словари, хотя и могут использоваться для той же проверки правописания, изначально ориентированы на углубление понимания этих единиц информации, выявление их связей, лингвистического «поведения» и пр.

С чем-то похожим мы имеем место и в страноведении. Традиционная, универсальная страноведческая энциклопедия имеет своей основной целью охватить как можно более широкий круг данных, рассказывая и о типах почв, и о национальных театрах, и о количестве видов пернатых на данной территории, и о статистике эпизоотий.

В нашем же издании информация отобрана так, чтобы сформировать максимально полное представление конкретно о функционировании страны как политического образования. Естественно, при таком подходе читатель лишается многих данных (преимущественно естественнонаучного толка), но одновременно получает уникальную возможность детально изучить политический ландшафт, политический климат и политическое видовое разнообразие. Таким образом, разные типы страноведческих справочников удачно дополняют друг друга.

— Какую конкретную задачу книга может решить в образовательном процессе? Чему она может научить студентов, школьников и людей, просто начинающих интересоваться зарубежными странами?

Миронюк: Справочник может способствовать развитию компетенций системного анализа страновой информации, понимания уникальности каждой страны, внимания к деталям.

Асташин: Он может научить освоению мировой политики индуктивным методом, которому у нас обычно уделяется мало внимания. То есть, анализу от частного к общему.

Анализ конкретной страновой практики поможет лучше понять устройство государства и причины его поведения на мировой арене, а в конечном итоге — структуру и закономерности функционирования всей мировой системы как совокупности этих государств. Если Вы знаете и понимаете части целого, то понимание закономерностей этого целого придет, как только Вы поставите перед собой задачу сделать на основании известных фактов некий общий вывод. Обратный же подход — освоить джентльменский набор готовых толкований и затем применять их в направлении от общего к частному — на практике приводит у многих к атрофии навыка основательно и критично работать с фактами, т. е. неумению найти их в должном количестве, верифицировать и осмыслить.

— Но ведь дедукцию нельзя однозначно сбрасывать со счетов.

Асташин: Нельзя. Но не должно быть и доминирующего интереса к голым обобщениям и абстракциям. Общие умозаключения — удел тех, кто уже располагает солидным фактологическим базисом, которому есть что систематизировать и сравнивать. Теория — это, может быть, и «золотой ключик», но без знания, что дверка к нему находится за холстом в каморке у папы Карло, его ценность оказывается несколько сомнительной.

А для начинающего слишком велик риск стать заложником интерпретаций и концепций, в результате чего он в какой-то момент окажется элементарно неспособен действовать самостоятельно, если ему попадется оригинальная задача, где любимые теоремы не сработают. И ему уже бессмысленно ссылаться на классиков, потому что перед ним стояла задача работать своей головой, и классик здесь ни при чем.

Увлечение одной или несколькими теориями порождает соблазн загонять факты в прокрустово ложе — видеть везде конец истории, загнивание капитализма и неизбежность социалистической революции, всевозможные заговоры, «вытеснение» государства неправительственными акторами и так далее — и все объяснять только этим.

Без обширных познаний в фактуре, релевантной для различных типов государств, практикующий специалист или теоретик в области международных дисциплин — просто абстрактный мыслитель, который недоучитывает многое или вообще все.

Здесь вспоминается интервью известного французского политика Бернара Кушнера, ставшее ярким примером такого поведения.

В самом конце 1992 г., когда стало известно о намерении США ввести свой контингент в Сомали, и к ним присоединились другие западные страны, Кушнер сказал, что операция закончится быстро, поскольку в Сомали американцев и европейцев ожидают всего лишь подростки с автоматами, которые убегут при приближении противника. Сейчас хорошо известно, что в реальности вышло не так.

У Кушнера была идеалистическая интерпретация, что наступает новый мировой порядок, и ему будто бы обрадуются все, но не было практического знания, что не везде это может сработать. При этом Кушнер и ему подобные начали агрессивно игнорировать тех специалистов, кто предостерегал, опираясь на фактологическое знание ситуации.

Потом этот подход столкнулся с известными трудностями в Афганистане, Ираке.

«Чистые» теоретики мировой политики, не утруждающие себя работой с фактурой, подобны пресловутым слепым мудрецам из индийской притчи, ощупывающим слона и характеризующим его как змею, столб и так далее, а в случае со справочником «Политические системы современных государств» предлагается картинка самого слона. Читатели могут сами посмотреть на него и составить собственное представление.

Наверняка Вы помните ремарки, которыми сопровождались в советских книгах детских сказок многие сказки, — «Пересказала Тамара Граббе» или «Пересказал Борис Заходер». Но это же детские сказки! Зачем их пересказывать для детей? Вы главное переведите правильно, а дети сами прочитают, безо всяких пересказов, потому что эта литература изначально рассчитана на них.

Ситуация в международных исследованиях и преподавании дисциплин международного цикла по сути мало чем отличается от этого. Нужно давать начинающим (независимо от возраста) больше оригинального материала, а не пересказов, какими бы замечательными людьми они ни делались.

— А насколько беспристрастен подбор материала в вашем издании? Не произойдет ли и там навязывания какой-то точки зрения?

Асташин: Было предпринято все, чтобы этого избежать. На наш взгляд, справочник не только прошел между двумя стандартными крайностями — обелением и очернительством, но и избежал морального релятивизма, который иногда по незнанию путают и смешивают с нейтральным, объективным освещением событий и тенденций.

К примеру, при описании скандинавских и некоторых других благополучных «малых» стран Европы, естественно, нельзя было обойти вниманием их достижения в сфере демократии, достижения в повышении уровня жизни, гендерного равенства и прочие положительные моменты, которые позволяют им занимать высокие места по этим показателям в различных рейтингах, в том числе и в отдельных разделах системы рейтингов «Политический атлас современности».

Но на страницах справочника читатели увидят еще одну сторону этих же стран — этнические трения, деятельность организованных преступных группировок, экстремистские настроения справа и слева, «пробуксовывание» амбициозных задач по эмансипации различных групп населения. При этом тенденции со знаком «плюс» и со знаком «минус» представлены в той пропорции, в какой они влияют на политический процесс. Таким образом, перед читателем предстанут не «другие» Норвегия или Австрия, а реальные Норвегия и Австрия.

По аналогичной схеме описываются и развивающиеся страны, которым посвящены готовящиеся к выходу тома. Вы увидите там не только проблемы роста и государственного строительства, конфликты, с которыми такие страны обычно ассоциируются, но и, к примеру, характеристику потенциала развития.

Объективный подход — это то, чего многим у нас сейчас не хватает, и его тоже нужно культивировать.

К сожалению, когда отечественные СМИ с крупнейшими аудиториями снисходят-таки до рассказа о некоторых из таких государств, в эфире проскальзывают совершенно недопустимые и безответственные заявления из цикла «Пакистан взорвался» или «Сомалийцам приходится или умирать в гражданской войне, или подыхать от голода…».

Многие отечественные политологи, когда они опять же снисходят до комментариев по проблематике развивающихся стран, конечно, избегают подобной некорректной риторики, но суть их высказываний от этого не меняется и выглядит как-то так: «Большинство государств Африки южнее Сахары — это квазигосударства, которые не имеют перспективы развития как государства».

При этом они как-то забывают про то, сколько времени, усилий и крови потребовалось ведущим странам Европы, чтобы построить то, чем сегодня склонны восхищаться эти же мыслители. Они забывают про существовавший в девяностые годы эдакий тотализатор в западной науке и общественном мнении, когда делались «ставки» на жизнеспособность новой России.

Или, к примеру, те, кто видел в деятельности ООП, ЗАНУ, АНК и других организаций только национально-освободительную борьбу и в упор не замечал террористическую сторону этой борьбы, впоследствии искренне удивлялись, почему это в западных СМИ и экспертном сообществе оказалось столь живучим восприятие экстремистов на Северном Кавказе как «борцов за свободу».

И опять же они словно забывают, что многие выходцы из этих якобы квазигосударств — уже здесь, в Европе и Америке (как в свое время предки нынешних европейцев стояли у ворот Рима), и их политическая значимость растет с каждым годом, и они вскоре будут влиять на будущее развитых стран не меньше, чем их титульные национальности.

И никакие исследования опыта толерантности уже не имеют значения, если развивающиеся страны, откуда и прибывают все новые мигранты, воспринимаются авторитетными учеными как безнадежно отсталые или ущербные. Это дает аргументы экстремистам, которые начинают говорить, что ущербные государства созданы ущербными людьми, которых надлежит бить. А это, в свою очередь, создает дополнительные проблемы для государства. Таким образом, безответственность на словах и подрывные действия отделяет один шаг.

Безответственные сравнения такого типа сродни сравнению — «ребенок — это квазичеловек» или «студент — это квазиспециалист». И все они идут от нежелания или уже неумения внимательно вглядеться в предмет исследования, пойти от корней.

Шаблоны, стереотипы и предвзятые подходы в науке ведут сначала к близорукости, затем к дезориентации в международном пространстве, и в итоге те, кто сеют ветер, закономерно пожинают бурю.

Завалы от некоторых прошлых бурь уже начинают благополучно разгребать, что видно, например, на опыте российско-польской группы по сложным вопросам. Но важно не только учиться на ошибках, но и учиться избегать новых проблем такого рода.

Надеемся, что наш справочник будет содействовать выработке у новых поколений навыков анализа, который бы основывался на анализе действительного, а не желаемого или вообще мнимого, учитывал как можно больше реальных фактов и не приклеивал к государствам ярлыки.

Опасность указанных изъянов, которые нужно всемерно искоренять, была продемонстрирована в одном из программных документов МИД России на примере сложностей, с которыми сталкивается ООН: «Не будут работоспособными схемы, которые вопреки Уставу ООН отстраняли бы отдельные государства или группы стран от активного участия в делах Организации или внедряли в работу ее Секретариата какую-то одну систему ценностей».

Миронюк: Соглашусь с этой оценкой. Начнем с того, что мы не навязываем свою точку зрения, оставляя свободу понимания и свободу делать выводы на основе представленной фактуры. Мы — я имею в виду и редакционную группу, и наших авторов, а точнее соавторов, — старались ориентироваться на лучшие образцы страноведческого знания, проверяли материал, с которым работали. И работали с этим материалом уважительно. Мир не черно-белый, и адекватное представление о нем — это не набор комиксов и даже не столбцы цифр. По мере развертывания проекта мы все дальше уходили от упрощений, что, конечно, сказывалось на темпе работ.

— Из некоторых интервью участников первого — рейтингового — этапа работы над «Политическим атласом современности» следовало, что весь проект задумывался не просто как научный, но и как политический. Предстояло создать своего рода первую российскую «карту демократий» и беспристрастно показать место России и прочих государств в мире. Политический резонанс проявился и в высокой оценке, которой проект удостоился в МИД России. Из уже сказанного Вами следует, что на политический резонанс претендует и справочник. Существовал ли «прицел» на создание отечественного аналога чему-либо и при работе над Энциклопедическим справочником?

Миронюк: Являясь участником рейтингового этапа проекта «Политический атлас современности», хочу заметить, что все же проект задумывался в первую очередь как научный. Мы всегда относились с уважением к проектам, с которыми «Политический атлас» объективно конкурировал. Да, результаты некоторых из них несут на себе отпечаток политической конъюнктуры, их цитируют политики и государственные служащие. И все же смею предположить, что такие проекты помогают пониманию мира, в котором мы живем. Соответственно, чем больше конкуренции в схемах его понимания и объяснения, тем лучше.

Применительно к Справочнику считаю, что и здесь работает та же логика.

Асташин: Несомненно, упомянутый Вами «прицел» существовал, и он тесно связан с образовательной задачей.

Когда работа над справочником начиналась, стране не хватало отечественных изданий, посвященных именно политическому страноведению. Потребность в универсальных страноведческих изданиях в целом удовлетворялась, а вот специалистов в областях, связанных с изучением зарубежных государств, приходилось готовить в основном на переводных либо привезенных непосредственно из-за рубежа книгах. А студенты-политологи, регионоведы, экономисты-международники, журналисты-международники и много кто еще — это, между прочим, те, кто будет определять интеллектуальную атмосферу в ближайшем будущем или уже делают это сейчас.

Мы рисковали тем, что в какой-то момент отечественное молодое поколение будет просто воспроизводить иностранные методологии. В том числе и применительно к России. Эта угроза осознавалась государством, и то же Министерство иностранных дел сигнализировало, что если отечественное экспертное сообщество не возьмется за формирование общественного мнения в России, то этим займутся другие, и последствия будут плачевными.

В случае с «Политическим атласом» речь, подчеркиваю, шла не о конъюнктурной задаче. Нужно было не дать очередной «ответ Чемберлену» (для этого всегда было достаточно публицистов с учеными степенями и без оных), а восстановить в одном из важнейших сегментов отечественной гуманитарной науки элементарную конкуренцию, плюрализм мнений, показать, что российская наука еще не утратила потенциал для решения амбициозных задач, и дать новым авторам успешный пример для подражания.

Миронюк: Мне кажется, что не все так однозначно. Считаю, что переводные или на языке оригинала книги, статьи, интенсивное сотрудничество с иностранными коллегами просто необходимы для успешного развития отечественной науки и образования, включая гуманитарную сферу. Вопрос в том, чтобы при этом не оказаться интеллектуальной провинцией или как можно скорее перестать быть таковой. А для этого необходимо быть конкурентоспособным, эффективно осваивая достижения иностранных коллег, хотя и о своих забывать тоже крайне пагубно. Тут как раз имеются серьезные проблемы. В процессе работы над Справочником мы обнаружили, что состояние отечественного страноведения в некоторых областях оставляет желать лучшего. Просто нет специалистов или имеющиеся не могут более активно работать. Вот в чем я безусловно согласен с коллегой, так это в том, что жизненно необходима конкуренция научных школ (в том числе и в международных масштабах), плюрализм научных подходов. В противном случае будем обречены изобретать велосипед, причем с весьма некруглыми колесами.

— Интерес представляет собой не только сама эта книга, но и опыт менеджмента крупного научного проекта, полученный в ходе ее подготовки. Каковы были особенности работы над таким изданием?

Миронюк: Наверное, главная особенность состояла и состоит в том, что научный проект на базе вуза, даже такого, как МГИМО-Университет, делать сложно. Тут сказываются временные, финансовые и организационные ограничения. Было немало факторов, которые затрудняли работу. К счастью, многие их них были устранены главным редактором Справочника, ректором МГИМО (У) МИД России, академиком РАН А. В. Торкуновым.

Важно другое. По сути нам удалось создать довольно широкую сеть взаимодействия, которая объединила представителей нескольких поколений отечественной науки — от кандидатов и докторов наук и ведущих научных сотрудников до аспирантов и студентов. К работе над Справочником, уже в рамках Инновационной образовательной программы (ИОП), мы привлекли специалистов из профильных институтов Российской академии наук, МГИМО-Университета, других вузов страны России (МГУ, МГЛУ, СПбГУ и др.), МИД России. И эту сеть мы будем поддерживать и расширять.

— Факт участия в Вашем проекте студентов наверняка вызовет интерес у тех, кто сегодня сам получает высшее образование в области политологии и международных исследований и хотел бы получить первый профессиональный опыт еще до окончания вуза. Как возникло такое решение? Насколько оправданной оказалась такая практика? Будет ли она возобновлена на последующих стадиях работы?

Миронюк: Это решение закономерно вытекало как из научно-образовательной природы проекта, так и из его масштабов. С одной стороны, участие в по-настоящему серьезной работе наряду со старшими коллегами способствует быстрому профессиональному взрослению тех, кто, как говорится, «уже понюхал пороха». С другой стороны, весь проект «Политический атлас современности» является и примером обратной зависимости — при решении столь объемных задач старшие поколения ученых неизбежно разделяют обязанности с младшими, причем в нашем случае это разделение труда имело в основном не качественный, а количественный характер. Иными словами, студентам и аспирантам отводилась не роль статистов или обслуживающего персонала, а ставились задачи, не уступающие по уровню сложности задачам их учителей и научных руководителей.

Естественно, никакой опыт подобного рода не может быть оценен однозначно, поскольку закон больших чисел диктует свои особенности. И на первом, и на втором этапе работы шел приток новых молодых кадров, а параллельно с ним нас покидали те, кто не оправдал доверия, кому стало неинтересно и т. п.

И все это следует оценивать скорее как позитивный процесс, по итогам которого сформировался слаженно работающий коллектив, в частности, обеспечивший для первого тома Справочника порядка половины статей и удостоившийся высоких оценок рецензентов.

Из числа представителей этого коллектива Никита Асташин, Юрий Муравьев, Сергей Торчилин, Евгений Маршалов начали работу над проектом еще в студенческие годы, Павел Пермяков и Екатерина Глазова — в год окончания университета, Ян Ваславский — на ранних этапах обучения в аспирантуре.

Что же касается привлечения студентов и аспирантов к проекту в дальнейшем, то, естественно, профиль новых задач, их объем и ориентация проекта, в том числе, и на содействие подготовке качественных кадров политологов и международников предполагают продолжение сотрудничества поколений. Информация об этом появится после публикации имеющихся на сегодняшний день материалов и перехода к новому этапу работы. Особо следует подчеркнуть, что, с учетом прошлого опыта, критерии отбора будут строже, чем раньше.

— Как бы Вы могли резюмировать пройденный на сегодня путь?

Миронюк: Тяжело, но интересно. Мы впервые работали в таком большом формате, переросшем рамки вуза. Учились на собственных ошибках, стараясь побыстрее их исправить. И в результате наработан чрезвычайно ценный опыт, который может быть востребован при трансформации в научно-исследовательский университет.

Более конкретно могу сказать следующее. Во-первых, мы продолжаем готовить в печать последующие тома Справочника. Уже сейчас требуется обновление ряда статей — мир быстро меняется. Во-вторых, очевидно, что проект себя перерос, и требуется создание специализированной структуры, которая возьмет на себя функции координации работы сети специалистов. В-третьих, мы готовимся к тому, чтобы представить материалы Справочника на суд более широкой аудитории сети Интернет и тем самым включить ее в работу над усовершенствованием и обновлением статей.

Беседовала Светлана БОРОДИНА,
Управление интернет-политики